Матчи

Первенство ЛФК Высшая лига "Сибирь"
Результаты 23 сентября
  • Новокузнец – Томь-М
    4:0
  • Распадская – СДЮСШОР-Ке
    2:1
  • Сибирь-М – Зенит-М
    2:0
  • Полимер – Рассвет
    0:2
Чемпионат Красноярского края 2018
Результаты 14 октября
  • Рассвет – Лесосибирс
    2:0

Таблицы

Первенство ЛФК Высшая лига "Сибирь"
  1. Новокузнецк
    14

    34

  2. Рассвет
    14

    27

  3. Распадская
    14

    24

  4. Сибирь-М
    14

    20

  5. СДЮСШОР-Кемерово
    14

    14

  6. Полимер
    14

    12

  7. Томь-М
    14

    11

  8. Зенит-М
    14

    10

Чемпионат Красноярского края 2018
  1. Спартак
    14

    36

  2. Рассвет
    14

    29

  3. Ачинск
    14

    27

  4. СШОР Енисей
    14

    18

  5. Атлетико
    14

    16

  6. Лесосибирск
    14

    14

  7. Нефтяник
    14

    13

  8. Тотем
    14

    6

Директ

Александр Тарханов: "ЦСКА как продолжение “Спартака”


Текст: Гор Георгян.
Источник: www.redyarsk.ru.
22 сентября 2015 года | Прочтений: 1962
версия для печати

Александр Тарханов:

За тренерскую карьеру Тарханов работал в 18 клубах, в том числе и в странах бывшего СССР. Да ещё и сборную России тренировал вместе с лучшим другом Олегом Романцевым.

Любопытных историй за это время приключилось столько, что на пересказ уйдёт ещё одна жизнь. Тем приятнее, что футбольная карьера Александра Фёдоровича стартовала в Красноярске. Есть вероятность, что в Красноярске и завершится. По крайней мере Тарханов не исключает вариант, при котором когда-нибудь возглавит местный “Енисей”:

— Я в хороших и даже дружеских отношениях с президентом Виктором Ивановичем Кардашовым и директором Владимиром Петровичем Евтушенко. Мы созваниваемся всё время. Если показывают по телевизору, постоянно смотрю матчи, нет — собираю информацию по команде.

Сейчас условия улучшаются для того, чтобы игра “Енисея” прогрессировала. И, может быть, через какой-то промежуток времени можно ставить задачу выхода в Премьер-лигу. Но ясно, что для этого здесь нужна ротация состава, его наигрывание.

Может быть, нужно построить рядом стадион. В Екатеринбурге сейчас, например, возвели арену на десять тысяч мест. Она станет базой для одной из команд — участниц чемпионата мира 2018 года. Великолепный стадион! За небольшие деньги. Всё там есть — и поле, и трибуны, и раздевалки, и vip-зоны.

— В общем, Вы не отметаете этот вариант?
— Нет, не отметаю. Зачем отметать? Это мой родной город. Но пока я ставлю задачу ещё в Премьер-лиге поработать.

— Вы же начинали свою карьеру в красноярском “Автомобилисте”?
— В “Рассвете”. Потом его переименовали в “Автомобилист”. В четырнадцать лет я играл в футбол на “Кожаный мяч”. Кстати, параллельно занимался хоккеем с мячом. Так вот тех, кто играл на “Кожаный мяч”, пригласили в “Рассвет”. Тренером был Юрий Альбертович Уринович.

Олег Иванович Романцев пришёл в команду в пятнадцать лет. Он играл в “Металлурге”. Поле команды располагалось на месте нового манежа. А жил напротив. Ещё он в баскетбол хорошо играл. Выступал за юношескую сборную России.

— Самый яркий момент в “Автомобилисте”.
— Естественно, мой первый гол. Мне семнадцать лет было. Вышел на домашний матч против Южно-Сахалинска. В гостевой игре мы проиграли 2:4. Хотя вели в два мяча. Но нас судьи “убили”. За соперников играл чемпион Советского Союза в составе московского “Торпедо” Валентин Денисов по прозвищу Русский Пеле. Когда мы начали возмущаться судейством, он сказал: “Что вы возмущаетесь? Мы вас и в Красноярске обыграем”. На домашний матч с Южно-Сахалинском собралось 25 тысяч человек, полный стадион. Я на первой минуте забил ударом из-за пределов штрафной площади в девятку. Это был мой первый гол за “Автомобилист”. В итоге обыграли — 7:1.

— Вы как-то сказали, что практически всегда работали в командах, где нужно было начинать с нуля. Были возможности возглавить коллектив, сразу на многое претендовавший?
— Не было. Хотя если бы дали в ЦСКА работать, могли добиться чемпионства. Хорошая команда подобралась. Но я всегда играл в честный футбол. Судейскими делами мы не занимались. А у нас в 1990-е годы тяжело было в этом плане. Мы вроде подбирались к первому месту, а потом нас всё равно отодвигали.

С ЦСКА в 1996 году мы должны были оказаться пусть и не первыми, но в тройке лучших команд страны. Однако у нас была очень молодая команда: Радимову, Хохлову, Семаку — двадцать. Самый старший — двадцатитрёхлетний Бушманов. Наверное, молодость и неопытность команды не позволила нам выиграть чемпионат. Хотя мы претендовали на чемпионство до последних туров.

Кроме того, у меня был конфликт с начальником ЦСКА Александром Барановским. Армия нам денег не выделяла. И мы самостоятельно должны были искать спонсоров. Я предложил одно мероприятие — он отказался. Через какое-то время встретились, и Барановский признал вину: “Я тогда был военным, если бы мыслил, как бизнесмен, конечно, принял бы другое решение”.

Я считаю, что спас ЦСКА. В 1994 году он мог развалиться. Денег не было. Меня приглашали в команду. Потом лично предложил возглавить ЦСКА министр обороны. Только тогда я ушёл из “Спартака”.

— Чемпионству ЦСКА в 1996 году ведь помешали ещё семейные разборки?
— Это факт. Но моя вина в этом спаде тоже была — в сборной параллельно работал. Мы закончили первый круг лидерами. С нами вровень шёл “Спартак”. Потом я уехал в сборную. Долго отсутствовал. Позже выяснил, что была не та подготовка.

А потом не поделили жен. (Смеётся.) Разборки шли. Пришлось резать по живому. Радимов уехал в Испанию. Здесь, конечно, мы очки потеряли. А потом нагнали. Но в последний момент вмешались судейские дела.

— Разборки были между Радимовым и Бушмановым?
— Между Радимовым, Бушмановым и Ульяновым. Радимов увёл у Бушманова жену, а Бушманов увёл у Ульянова жену. (Смеётся.) Кстати, Радимов развёлся. А у Бушманова великолепная семья, трое детей!

— Вы работали в грозненском “Тереке”. Президент Чечни, он же президент клуба, Рамзан Кадыров кажется человеком, который вмешивается в тренерские дела.
— Ни разу. Когда я был тренер, он приезжал только на матчи. Приходил к команде. Если были какие-то проблемы, сразу решал. Мы жили и играли в Кисловодске. А он на все игры приезжал из Грозного.

— Он уже дарил ребятам дорогие подарки?
— Он только завораживался футболом. Сейчас уже всё, страсть. Он поддерживает футбол, потому что его отец тоже поддерживал футбол. Это сейчас он ярый болельщик. А тогда только стал президентом республики, много дел было.

— “Терек” был на третьем месте, когда Вы ушли. Почему решили покинуть команду?
— Ну, там свои дела были… (Смеётся.) Я очень упрямый, принципиальный человек. Не нравилось, что я чеченцев не ставил. Хотя капитаном команды и ведущим игроком у меня был Джабраилов. До сих пор некоторые звонят: “Фёдорович, не понимаем, почему ты ушёл?”.
 
— Видимо, для чеченцев принципиально, чтобы свои ребята играли.
— Ну да. С Джабраиловым тоже история была. Как только пришёл, сказал ему: “Ты играешь и тренируешься как игрок второй лиги”. Он пришёл ко мне потом обиженный: “Александр Фёдорович, почему вы так сказали?” — “Потому что на данный момент ты игрок второй лиги. Тренируйся и слушай всё, что я тебе скажу”. И он действительно взялся за дело. Стал при мне капитаном и ведущим игроком. И после меня долгое время был в команде на первых ролях.

А были футболисты, которых я не видел в основном составе. И не видел у них перспективы. Как я могу их ставить? Кстати, после меня пришёл тренер чеченский Ваит Талгаев. Он этих футболистов вообще убрал из команды. (Смеётся)

— Игроки и тренеры наших клубов рассказывают удивительные вещи про российских легионеров. Спартаковец Кебе бегал с тесаком, армеец Мусса Маазу пытался перелезть через забор базы и убежать. Самый безбашенный иностранец в вашей карьере?
— У меня был один нигериец, за сборную играл. Но я его через полгода убрал. Потому что он действительно безбашенный какой-то. Мог что-то натворить, начудить. Если увидел женщину — глаза бешеные сразу. Особенно если дама с бюстом. Как зверь становился.

А так я к легионерам всегда относился очень внимательно. Всегда считал, что любой иностранец, которого брал, должен быть лидером. И все такими и были. В запасе легионеры не сидели.

— Хорошо помню бразильца Соузу. Выделялся в чемпионате России. За сборную Бразилии поиграл.
— Пятнадцать матчей провёл (на самом деле одиннадцать. — Прим. авт.). Мы его внимательно просматривали. Единственное, чуть дороже взяли. Начальная цена была полтора миллиона долларов. Посоветовал игрока агент Жулиано Бертолуччи. Он из богатейшей семьи. Но отказался руководить заводами, у отца попросил денег, чтобы раскрутиться как агент. Я говорю: “А что заводы не выбрал?” — “Там в 8.00 приходишь на работу и в 20.00 уходишь. А я люблю поспать”. (Смеётся.)

В общем, поехали мы с Германом Ткаченко (президент “Крыльев Советов”. — Прим. авт.) в Бразилию. Посмотрели вживую три игры Соузы. И Герман зажёгся! А те увидели его реакцию, да ещё и узнали, что он работает в алюминиевой промышленности у Дерипаски, и раз — подняли цену до трёх миллионов. Я говорю: “Давай не будем брать” — “Нет, я затравился. Берём. Найдём деньги. Но его возьмём”. И действительно бразилец три года здорово отыграл.

— Вы известны не только как тренер, но и как селекционер. Кто Ваша самая большая находка?
— Много было. И в “Крыльях Советов”, и даже в ЦСКА. Я Семака взял из “Асмарала”, его надо было обучать. Хохлова Димку, как бесперспективного, хотели отправить в Израиль. Мне пришлось с ним долго беседовать. В России он получал две тысячи рублей в месяц, а там предлагали пять тысяч долларов. Он уже семейный был парень. Димка говорит: “Фёдорович, а вдруг я не заиграю”. — “Дима, я вижу в тебе большой потенциал. И буду ставить тебя до тех пор, пока не заиграешь”. И вот он мне поверил и остался. Стал большим футболистом.

Но самое большое моё открытие — это, конечно, Радимов. Хотя тоже безбашенный. (Смеётся.) Но как футболист очень сильный. И тренировался здорово. Вообще претензий не было. Но мог начудить на поле, кому-то двинуть, что-то сказать.

Была интересная история. Играли в Питере, судил мой друг Лом-Али Ибрагимов. Радимова сбили, а арбитр не назначил штрафной. И Влад ему гадость сказал одну. Смотрю, Лом-Али потянулся за красной карточкой. А у меня врач тоже чеченец был — Кюри Чачаев. Я его из Грозного забрал в ЦСКА. Кричу: “Кюри, быстро беги”. Он бежит и на чеченском кричит: “Не надо давать карточку”. (Смеётся.) Радим в это время сидел на заднице, а потом понял, чем дело пахнет, и раз — на колени: “Алик, прости меня. Ну ты же знаешь, какой я. Прости меня”. Алик пожалел его и карточку положил на место.
Радимов тренировался хорошо и играл хорошо. Единственное обиделся на меня из-за того, что из “Крыльев Советов” продали в “Зенит”. Но я в этот год уходил, а с другим тренером не известно, как бы у него получилось. Предложение поступило. Герман Ткаченко говорит: “Что будем делать?” — “Давай продавать”. Хотя он на меня обижен: “Как ты мог меня продать?”.

— Вы же ещё какое-то участие в судьбе защитника сборной России и московского ЦСКА Сергея Игнашевича приняли.
— Не то что бы принял… Я его взял из Орехово-Зуево, команды второй лиги. Игнашевича возили в “Локомотив”, “Спартак”, даже в “Ростов”. Но нигде не брали. Потом обратились его агенты: “Фёдорович, возьми”. — “Я ж не видел, как он играет”. А за него ещё деньги платить нужно было — 50 тысяч долларов. Я предложил: “Давай так. Я его возьму, посмотрю. Когда я определю, что из него вырастет игрок, тогда отдадим деньги”. Договорились. А он такой ответственный парень, очень серьёзно относился к делу. Я через полгода понял, что будет футболист. Мы отдали деньги. Я позвонил Газзаеву Валерию Георгиевичу, который тренировал молодёжную команду страны: “Валер, возьми. Хороший парень, защитник”. — “Да Фёдорович, у меня защитники хорошие есть. Зачем мне?”. Я настаивал: “Ну товарищеская игра. Возьми посмотри, ёлки-палки. Что тебе жалко?”. Уговорил. После игры звонит: “Ты знаешь, классный защитник”. (Смеётся) И всё, и так у него пошло.

— В 1992 году, когда начинали работать с Олегом Романцевым в “Спартаке”, Вам пришлось собирать команду. Как это было?
— Я работал в Ташкенте. Готовились к первенству СНГ. Но всё развалилось. Ушёл. Были предложения. Приглашал новороссийский “Черноморец”. Иванович сказал: “Ну что ты куда-то поедешь, давай работать со мной”. Я дал согласие. Он говорит: “Но единственное, что у нас команды нет. Надо набирать”. ( Смеётся .) Я сразу привёз ребят из Ташкента. Пятницкого, Кечинова на следующий год. Из-под носа “Динамо” выдернули Никифорова и Цымбаларя. Как только узнал, что Юрий в шаге перехода, сразу поехал в Одессу. К дяде Никифорова. Он бывший футболист, тренер и цеховик раньше был крутой. Я к нему: “Дядь Юра, какое “Динамо”? Надо в “Спартак”. — “А ты в “Спартаке”? Всё, пойдёт к тебе”. Позвал к себе племянника: “В “Спартак” идёшь”. — “Хорошо, дядь Юр. Конечно, пойду”. А потом Никифоров мне говорит: “Фёдорович, а Цымбаларя можно?” — “Давай его тащи”. Он позвал друга. Я спрашиваю: “Цыля, хочешь в “Спартак”?” — “Ну, куда Ника пойдёт, туда и я”. И всё, забрали обоих.

Тогда Газзаев, который тренировал “Динамо”, уволил селекционера своего. У клуба была договорённость с игроками. А селекционер попросился на Кубок УЕФА в Лиссабон. Газзаев сказал: “Сначала привези Никифорова с Цымбаларем, потом езжай”. — “Да куда они от нас денутся, договорились же”.
 
— Правда, что могли Роберто Карлоса привезти в “Спартак”?
— Да. В 1994 году мои друзья из Америки предложили привезти в Россию известный бразильский клуб “Палмейрас”. Я занялся этим. Они объездили пять городов: Москва, Тольятти, Камышин, Батуми и Новороссийск. В первой же игре молодой Роберто Карлос показал весь свой потенциал. И вице-президент “Палмейраса” Маркуччи говорит: “500 тысяч — и он ваш”. По тем временам огромные деньги. У “Спартака” их не было. И, естественно, мы отказались. А через полгода Роберто Карлос перешёл за пять миллионов долларов в миланский “Интер”.

Но “Палмейрас” молодцы! Везде играли. В Камышине народу битком — 3:0 победили. Приехали в Тольятти, а зрителей нет — всего полторы тысячи на стадионе. Они сразу: “Для кого играть? Людей нет”. Еле уговорили. Сказали: “Ладно. Но мы забьём на первой минуте и на последней”. Как сказали, так и сделали — 2:0.

Потом поехали в Батуми. И во “Внуково” на пять часов задержка рейса была. Это сейчас аэропорт хороший, а тогда — бардак, грязище. Они, ничего, взяли гитару, барабаны. Устроили концерт! Песни поют, танцуют. Всё “Внуково” сбежалось узнать, что за группа. Я думал, будут возмущаться, а они, наоборот, обрадовались.

В Батуми их неважно встретили. Они опять: “В Новороссийске улетаем сразу после игры”. Я звоню в Новороссийск Авалу Шамханову, начальнику “Черноморца”: “Авалу, должен встретить!”. Он так встретил, что бразильцы после игры позвонили: “Мы ещё останемся здесь!”. В Москву прилетели довольные, говорю: “Ну что, в Россию ещё приедете?” — “Да, но только в Москву”. (Смеётся)

— В книге Алексея Матвеева “Договорняк-2” — как продают и покупают матчи в российском футболе” — есть Ваше интервью. В нём Вы говорите, что, будучи игроком, участвовали в договорных матчах.
— Нет, я не участвовал в договорных матчах. Мне предлагали как-то раз. Команда из Кутаиси, которая тогда находилась в зоне вылета. Позвонил Саша Чивадзе: “Хотят с тобой люди переговорить”. — “Саша, я же не участвую никогда”. Он ответил: “Я тебе передал. А ты встреться и откажись”.

Встретились, они мне предложили энную сумму и сказали: “Ты всё время нам забиваешь. Просим одно — только не забивай в этот раз”. — “Я офицер советской армии. Вы нас так разозлили, что порвём вас”. Вышли, обыграли 6:0. (Смеётся) Я им два гола забил.

Ну Матвеев такой. Он немного не то пишет. Он мне тоже предлагал сесть за книгу про договорные матчи. Я отказался, я же не участвовал. Да, были матчи, в которых мне казалось, что команда сдаёт игры. Но это недоказуемо.

— Семь лет назад в одном из интервью на вопрос, кто точно не занимается судейскими делами и договорняками, Вы ответили: “Слуцкий”. А сейчас кристально честных людей в российском чемпионате стало больше?
— До Слуцкого был Романцев. Я вообще ни разу не слышал, чтобы мы предлагали кому-то деньги. Сейчас таких людей гораздо больше. Раньше были такие деловые тренеры, бизнес-тренеры. А сейчас всё по-другому.

Слуцкий работал в “Москве”, в “Крыльях”, где команды хорошие были. А теперешний ЦСКА — это как продолжение “Спартака”. “Спартак” в любом состоянии соперника дожимал. И ЦСКА теперь никого не отпускает. Даже когда тяжёло. Это уже чемпионская команда.

— Для меня удивительно, когда читаю или слышу от тренеров, мол, у меня команда неплохая, пьющих немного. А что, алкоголь серьёзная проблема в российском футболе?
— Сейчас уже нет. А вот раньше это была большая проблема. Я когда в Самаре первый год работал, в команде была компания любителей выпить. Как-то у “Спартака” 3:1 выиграли, хорошо двигались, играли, а через неделю команда нулевая — “Ротору” уступили. Я не пойму. А потом мне друзья говорят: “Фёдорович, что ты беспокоишься? Они всю неделю гуляли в ресторане”. (Смеётся)

В следующей группе, которую я набрал, были талантливые ребята: Каряка, Ковба. Решил этот процесс контролировать. В Самаре был болельщик, который спонсировал нас — начальник налоговой полиции, генерал. Я ему рассказал. Он в ответ: “Не вопрос. В каждом ресторане, клубе или баре у нас свои люди. Кто-то появится — скажу”. И мне звонили. Я раз — и в машину. Выезжал, забирал. Они потом тактику поменяли, за город стали выезжать. (Смеётся)

Сейчас уже, конечно, такого нет. По этому поводу Сергей Алейников, игрок сборной СССР, минского “Динамо” и “Ювентуса”, поработав какое-то время тренером в России, написал: “Раньше пили и играли, а сейчас не пьют и не играют”.
Комментарии (0)
Имя:
Город:
Email:
Комментарий:
Введите код: